POINT.RU: Камчатская терра инкогнита. Зарисовки с края света, часть вторая

Решив квартирный вопрос и испытав единственный за неделю негативный опыт общения с местным населением, когда с трудом вселились в уже вроде бы снятую квартиру (зато вытребовали скидку), мы смогли отрешиться от забот и плотнее познакомиться с Камчатским краем. Для начала самостоятельно пройдясь по пасмурному Петропавловску-Камчатскому, через пару дней в солнечную погоду наш квартет отправился на обзорную экскурсию по этому немолодому городу с непростой судьбой.

Петропавловск экскурсионный

В день приезда было пасмурно и чуть снежно. Никакие панорамы нам не открывались (а они тут на самом деле чуть ли не на каждом шагу), так что мы осматривали ближайшие объекты в пределах видимости. Вот дома со странными вертикально опоясывающими конструкциями вроде больших скобок – сейсмические укрепления. Вот пятиэтажки с обшитым железом торцом, под которым утеплитель: у одних покрашенным в какой-то яркий цвет, у других по-новому блестящим, у третьих – ржавым. Вот церковь, оборудованная в здании бывшего кинотеатра, вот единственная жилая 16-этажка в городе, вот уже много лет строящийся храм, крест на купол которого устанавливали при помощи двух вертолётов (не было такого высокого крана на Камчатке). Вот памятник Ленину, памятник Петру и Павлу и новогодняя ёлка на КП, вокруг которой стоят карусели, ледяные скульптуры и катают на лошадях. Здесь первое знакомство с Тихим океаном: действительно тихий закуточек бухты с портом на отдалении, плавающими у берега льдинами и силуэтом дрейфующего корабля на горизонте. А рядом – место романтических встреч влюблённых (только летом, правда) – Сопка любви, или в просторечии (пардон, из песни слов не выкинешь) - "Б…ский бугор". Поскольку вещи мы на тот момент ещё не распаковывали, ребята не шибко оделись для зимней прогулки. Так что и часть пути в центр, и дорогу обратно (Родион подсказал автобус, который проехал чуть вперёд и объехал центр вокруг) преодолевали в тёплом транспорте. С недосыпа тоже, знаете ли, морозит.

Первыми "русскими" точками в этих краях были остроги, поставленные пришедшими с Чукотки казаками. Но, наверное, очевидно, что когда сюда добралась цивилизация (по тем временам), центр развития полуострова, окружённого морем и океаном, должен был возникнуть на берегу. И свою ключевую роль в регионе Петропавловск-Камчатский обрёл, конечно же, благодаря морю (точнее – океану). В 1740 году Витус Беринг определил, что лучшего места для стоянки кораблей всех видов, чем бухта Авача, здесь не найти. И вот в одном из заливчиков бухты, у подножия двух сопок, именованных позднее Сигнальной и Никольской (Сопка любви она и есть), на месте камчадальского селения был основан Петропавловский Острог, названный в честь кораблей-пакетботов из экспедиции Беринга – "Святого Петра" и "Святого Павла".

Событий в жизни П-К с первых же лет его существования была масса, небольшой по площади исторический центр, можно сказать, утыкан памятниками, и приобщаться к логике развития города во временном разрезе нужно именно на этой тонкой границе красивейшего полуострова и могучего океана. Чем мы и занялись в один из дней на обзорной экскурсии. Автобус, юркнув в тень, обогнул склон большой горы, с обеих сторон уже "осёдланной" горнолыжными трассами, и выехал к залитой солнечным светом смотровой площадке на обочине дороги. Справа за склон вниз уходила дорога, по которой мы прибыли, с возвышавшимся над ней Корякским вулканом. Слева в глаза било солнце, делая практически невозможным просмотр водных просторов, где скалы "Три брата" охраняли выход из бухты в открытый океан. А внизу лежал тот город (если не вдаваться в подробности и не вглядываться с высоты смотровой в особенности современных строений), каким он стал в 1812 году, когда получил городской статус и название Петропавловская Гавань: крест церкви, одна, по сути, дорога, какие-то дома и главное – порт, причалы, подпёртые разношёрстными судами (только что не парусными), между которыми на воде небольшой бухточки плавает неприкаянный лёд.

Нащёлкав фотоаппаратами океан, бухту, порт, город, белеющий на горизонте заснеженными горами Срединный хребет и, конечно же, друг друга, мы снова уселись в автобус, который повёз нас вниз. К тому моменту мы уже знали много любопытных моментов про здешние края от местного жителя Андрея, организовавшего нам эту экскурсию и сопровождавшего нас в ней. К примеру, что 1986 году в Авачинской бухте мог уместиться весь мировой морской флот, а экспедиция Беринга умирала от цинги, не зная, что можно есть черемшу, которой на Камчатке полно. Эх, если бы всю экскурсию вёл Андрей… Но нас ждала "экскурсовод высшей категории!" (к счастью, не запомнил её имя), слушая которую всем двум десяткам участников нашей экскурсионной группы приходилось сдерживаться – кому от смеха, кому от раздражения. И вроде фактами-то она сыпала (но запиналась и подглядывала в записи), и фотографии разные архивные из папочки, как фокусник, доставала, и говорила с выражением. Но веяло от этого больше "совковой" заученностью материала и тупой академичностью, чем искренностью. Впрочем, может, я слишком строг, и детям бы понравилось (хотя дети в группе были – не знали чем себя занять во время её рассказов), но для остальных как-то несовременно было, что ли…

Всё же в этой ситуации я выбрал наиболее эффективный для себя метод действий: с пары фраз понимал суть излагаемого, помечал в голове, что потом надо почитать подробнее в Интернете, и отходил фотографировать город, пейзажи, слушающих и не слушающих экскурсию друзей, успевая обращать внимание на маленькие ёлочки в сугробах снега, высокие рябины и занятные уличные фонари. Объекты для фотографирования можно было найти в буквальном смысле под ногами. Оказалось, в П-К вообще экстрим можно испытать, не покидая центра города, достаточно найти хоть одну лестницу. Она обязательно будет заваленной снегом и обледеневшей, либо уже сильно укатанной, либо покрытой "чёрным льдом" - прозрачной коркой льда на асфальте (говорят, в Лондоне это большая проблема в межсезонье, когда подмораживает после дождей – на таком невидимом льду многие себе конечности ломают). В результате, добраться к некоторым памятникам оказывалось нетривиальной задачей: приходилось буквально висеть и подтягиваться на перилах. Особенно жалко было смотреть на женщин на каблуках – они всё-таки на городскую экскурсию снаряжались…